Экспедиция в Ун’Горо стала наиболее удачным расширением со времен Лиги исследователей

Но тематику Парка Юрского периода сопровождают проблемы с высокой ценой вопроса. До выхода этого расширения у игроков был небольшой выбор архетипов для успешного продвижения в рейтинге. Это агрессивные деки на пиратах, деки контроля с невероятным отхилом с помощью Рено и колоды нефритового друида, который своими прокачиваемыми големами доводил соперника до изнеможения. Существует всегда предел, когда мета начинает устаревать. В тот раз критика сообщества была обоснована. Матчи с этим деками впадали в крайности. Все зависело от того, зайдут ли своевременно Рено или Глазастик или нет.

Ситуацию усугубило бесконечное доминирование шамана, которого Blizzard пыталась утихомирить с выходом Прибамбасска. Но ситуация стала только хуже, благодаря новым неприятным картам вроде Нефритовых когтей. Экспедиция в Ун’Горо столкнулась со множеством трудностей от решения проблем с некоторыми классами (паладин и охотник были практически неиграбельны) до возвращения в игру игроков от профессионалов до казуалов, ушедших со сцены. Все это усугублялось тем, что дополнение стартовало вместе с новой ротацией стандарта, когда еще 3 старых сета стали недоступны для основной игры.

Это оказывало определенное давление на разработчиков, но они смогли осуществить необходимый переход. Этому поспособствовали 135 новых карт, объединенные тематикой кратера Ун’Горо. Наиболее успешной новинкой стала адаптация, которая позволяет игрокам выбирать 1 из 3-х эффектов бафа, берущихся из 10 возможных. Как и в случае с другой популярной механикой — раскопками, адаптация позволяет по ходу матча принимать дополнительные маленькие решения, увеличивающие удовольствия от игры и добавляющие больше интерактивности. Когда у вас в руке есть карта с адаптацией, вам всегда интересно, какие эффекты спрятаны у нее внутри.

Элементально, Ватсон

Основу новой синергии Ун’Горо составили карты нового типа — элементали. Шаман был ослаблен потерей Тотемного голема и Туннельного трогга. Взамен он получил легендарную карту — Калимоса. Он показался идеальным классом для элементалей. В спор за это звание с ним вступил маг, и еще окончательного победителя выявлено не было. Паразитная механика некоторых карт заключается в том, что, чем больше карт определенного типа вы используете, тем они сильнее, зачастую приводит к скучному колодостроительству. Но элементали для своих эффектов требуют, чтобы вы разыграли элементаля на предыдущем ходу. А это требует серьезных размышлений при строительстве деки.

Менее успешными, но с серьезным потенциалом являются карты задач. Эти легендарки, ценой в 1 ману, автоматом попадают вам в стартовую руку, если вы их включите в колоду. У каждого класса имеется своя индивидуальная задача, построенная по схожему принципу. Вам нужно выставить в течение матча Х существ с Y свойствами и в награду получить сверхмощную дешевую карту. Но на практике в конкурентных играх участвует только пара задач. Отчасти это происходит из-за потери темпа на 1-м ходу на карту, которая, фактически, ничего не делает.

Сейчас самыми сильными являются задачи воина и разбойника. Воину нужно разыграть 7 провокаторов, чтобы получить молот 4/2, превращающий силу героя в силу Рагнароса, которая наносит 8 единиц урона случайному персонажу соперника. Но для каждого воина контроля такой стиль игры кажется скучным, а зеркальный матч превращается в подбрасывание монеты: кто раньше выполнит задачу, то и выиграет. В этом плане задача разбойника является интереснее, но более неприятной. Вам нужно разыграть 4 существа с одинаковым названием. Это условие помогают выполнить карты вроде Шага в тень или Молодого хмелевара, которые возвращают существо в руку.

Наградой будет превращение всех существ на вашей стороне доски в существ 5/5. Задача интересная, но многие нашли быстрый способ ее выполнения. Абсолютно неприятно проигрывать этому раскладу. Неприятно вдвойне, когда вам в лицо сходу отправляют прокачанного Вепря-камнеклыка. Тем не менее, разбойник не настолько силен, как кажется на первый взгляд. Его способны убить агро-колоды к тому моменту, как он завершит задачу. К тому же, профессионалы говорят, что у колод с этой задачей высокий потолок мастерства, схожий с игрой ушедшего патрон-воина, и только самые мастеровитые игроки могут получить от них максимальную отдачу.

В любом случае, вокруг мощности задачи разбойника ведется много споров. Есть и откровенно слабые задачи, вроде задачи паладина, колоды на которой обладают самым низким винрейтом. Это смешно, если учесть шумиху, поднятую до релиза. Наградой за задачу паладина является Гальвадон — динозавр, который адаптируется 5 раз подряд, давая вам безумный набор эффектов. Но проблема заключается в том, что для его получения вам придется наполнить деку краповыми заклинаниями, что ее очень сильно ослабляет. Кроме того, даже самый могущественный динозавр, может быть заблокирован небольшой ядовитой улиткой.

Наибольшую критику задач вызывает их легендарная редкость, что не позволяет их получить многими игроками из паков, сокращая пространство для экспериментов, которое могло бы быть в ином случае. Предоставление бесплатно всем одной карты задачи вместо Вулканозавра было бы более разумным шагом. К тому же, такой прецедент уже был создан бесплатным К’Туном в Древних богах. Переход на 3 расширения в год может сделать Hearthstone ужасно дорогостоящим. Тем не менее, люди будут пытаться заставить задачи работать, потому что они позволяют строить на их основе колоды. В отличие от механики воодушевления из Большого турнира, которая стала наибольшим провалом Команды 5, Ун’Горо не зависит от задач. Тот факт, что задачи попахивают, не имеет значения, потому что весь Ун’Горо изобилует великолепным дизайном.

Эволюционный эффект

Его свидетельством является то, что каждый класс имеет хотя бы один архетип, способный достичь легенды и выше. Это невероятное достижение, если вы задумаетесь о проблемы балансировки 9 классов. Несмотря на ужасную задачу, класс паладина выплыл из небытия, благодаря дешевому мурлоку за 2 маны со способностью раскопать секрет. Никто не предсказывал, что это карта даже окажется хорошей, а не то, чтобы одной из лучших в сете. Многие версии жреца на данный момент тоже жизнеспособны, благодаря таким картам, как Сияющий элементаль и Лира, которые помогли исправить проблему с набором классовых карт.

Даже чернокнижник был освобожден от многих лет доминирования. При наблюдении за игрой любимых стримеров я чувствую то же предвкушение и волнение, которое я ощущал во времена Древних богов. Мне кажется, что Ун’Горо стал лучшим расширением со времен выпуска Лиги исследователей с точки зрения креативности содержимого всего сета.

Похвала Blizzard должна пойти также за жесткие требования, благодаря которым ушли из ротации старые сеты и несколько любимых многими игроками карт классики вроде Рагнароса и Сильваны. Это равносильно изъятию из Overwatch героини Трейсер, как ранее мне сказал старший разработчик Blizzard, указывая на возможную резко-отрицательную реакцию сообщества. Но, благодаря их уходу, другие существа увидели зеленый свет в игре.

Приятно видеть, что на этом этапе развития Hearthstone сообщество понимает необходимость этих решений для оздоровления игры. Даже обиженные фанаты фриз-мага после ухода Ледяного копья в вольный формат смогли не только реанимировать этот архетип, но и заставить его процветать. Я могу предположить, что жизнь и смерть в Ун’Горо находят свой путь.

Источник здесь. Перевод: Jalo (e-mail: natpagle@yandex.ru; сайт: http://natpagle.ru).

(Просмотров: 116, сегодня: 1)

Jalo

Связь с редактором сайта Jalo: (e-mail: natpagle@yandex.ru; twitter: @natstoune; сайт: http://natpagle.ru)

1 Звёзда2 Звёзды3 Звёзды4 Звёзды5 Звёзд (4 оценок, среднее: 4,00 из 5)
Загрузка...